Тот, кто читает Теилим за опасно больного и спустя время сомневается, продолжать ли читать за него, поскольку, возможно, этот больной уже выздоровел или, возможно, он ушёл из мира, и тогда нет необходимости продолжать читать за него, а с другой стороны, возможно, он всё ещё болен и следует продолжать читать за него, — по основному закону он вправе прекратить чтение.
Источники и пояснения
Мишна в трактате Гитин (28а) пишет, что посланник, который везёт гет за старика или больного и в момент прибытия к разводящейся женщине не знает, жив ли ещё муж, вручает ей гет, исходя из презумпции, что тот жив. Гемара объяснила, что не опасаются, что он умер, поскольку у него есть презумпция жизни. Однако есть основание различать между обычным больным — поскольку большинство больных остаются в живых, и поэтому следует продолжать молиться за него — и умирающим (госес), поскольку большинство умирающих идут к смерти. Так различил между ними Рава там в Гемаре: «Учили это только о старике, не достигшем глубокой старости, и о больном, — поскольку большинство больных остаются в живых; но старик, достигший глубокой старости, и умирающий — большинство умирающих идут к смерти». И так же по галахе Рамбам (глава 6 законов развода, галаха 28) различил между больным и умирающим. Он разрешил вручить гет за больного, исходя из презумпции, что тот жив. Но если посланник оставил мужа умирающим, Рамбам написал, что, поскольку большинство умирающих идут к смерти, развод, если гет ей вручили, является сомнительным.
Согласно этому, казалось бы, и в нашем случае: если он оставил больного умирающим, то вправе прекратить своё чтение, но если оставил его как обычного больного, следует продолжать молиться и читать Теилим за него, исходя из презумпции, что он жив. Однако мы нашли в этом вопросе большой спор ахароним. Маариль (симан 39) написал, что если больной находится в другом городе и выяснить его состояние невозможно, не следует благословлять его, ибо, возможно, он умер или выздоровел. А в респонсах «Нахалат Шива» (симан 39) подробно оспорил его слова на основании вышеприведённой Гемары. Тот, кто везёт гет и оставил мужа стариком или больным, вручает ей гет, исходя из презумпции, что тот жив. Дочь Израиля, замужем за коэном, чей муж отправился за море, ест труму, исходя из презумпции, что он жив. Если человек посылает свою жертву хатат из-за моря, её приносят, исходя из презумпции, что он жив. Теперь же это следует по принципу «каль ва-хомер» (от лёгкого к строгому). Там, когда посылают гет, возможно, муж уже умер, и выйдет, что женщина, обязанная левиратом, вышла замуж за постороннего. Так же и с трумой, [поедание которой посторонним карается] смертью. Так же и с тем, кто посылает свою хатат из-за моря: возможно, он уже умер, и [такая жертва] обречена на умерщвление, и выйдет, что во Храмовый двор вносят неосвящённое. И всё же её приносят, исходя из презумпции, что он жив. Тем более здесь, где вообще нет никакого запрета благословлять больного, ведь не произносят никакой брахи, из-за которой нам следовало бы опасаться сомнения в напрасной брахе. Если так, почему бы не благословить больного там, где больного нет? И нельзя возразить из Мишны в главе «а-Роэ»: «Тот, кто слышит звук крика в городе и говорит: “Да будет воля, чтобы это были не мои домочадцы”… если его жена была беременна и он сказал: “Да будет воля, чтобы моя жена родила мальчика”, — это напрасная молитва». Там иначе: там это определённо напрасная молитва, тогда как здесь это лишь сомнение в напрасной молитве, а при сомнении, касающемся угрозы жизни, решают в сторону облегчения: возможно, он ещё жив, и, возможно, мы сможем спасти его молитвой. Суть его слов приведена вкратце в «Шаарей Тшува» (симан 288, сиф катан 13).
Хатам Софер (на Гитин 28а) также привёл этот спор ахароним и разрешил трудность, которую «Нахалат Шива» поставил перед Маарилем. Вот его слова: «В “Ликутей Маариль” (Законы траура, сеиф 1) написано, что не следует благословлять больного, находящегося в другом городе, ибо, возможно, он умер или выздоровел, и тогда это напрасная молитва, см. там. А в респонсах “Нахалат Шива” (симан 39) оспаривает его на основании нашей сугии, где мы оставляем его в презумпции жизни. Но это вовсе не трудность: презумпция жизни у него есть, но презумпции, что он болен, у него нет, ибо его состояние меняется каждое мгновение — либо к лучшему, как у большинства больных, которые остаются в живых, либо наоборот, как у меньшинства больных, и в любом случае это напрасная молитва». Однако он завершил свои слова тем, что в любом случае следует молиться за него по другой причине: в вопросах спасения жизни (пикуах нефеш) не следуют большинству, и при сомнении, касающемся угрозы жизни, решают в сторону облегчения.
Из книги «Шаф ве-Ятив – Законы чтения Теилим» рава Шая Тахана, глава 9: Чтение Теилим за больного, галаха 18 (стр. 146 печатного издания). Перевод с оригинала на иврите.
